ПЕРВЫЕ МИЛИ ПЕРВЫХ АТОМНЫХ ТИХООКЕАНСКИХ ПОДВОДНЫХ ЛОДОК

После прихода в состав  9 бригады второй подводной лодки она была преобразована в 26 дивизию подводных лодок. Командиром дивизии был назначен контр-адмирал Иванов Юрий Васильевич.

Хочется сказать несколько слов об  этом замечательном человеке-моряке. Во время Великой Отечественной Войны  он был штурманом на подводной лодки С-56, которая под командованием  Щедрина Г.И. совершила переход с Тихоокеанского Флота на Северный, блестяще там воевала, стала  Гвардейской и Краснознаменной, а командир стал Героем Советского Союза. После войны Юрий Васильевич  командовал  подводной лодкой,  а затем три годи был Военно-Морским атташе в Мексике. По возвращению из командировки отказался от должности в Главном штабе ВМФ и был назначен командиром  новейшей подводной лодке 611 проекта Б-68 с которой перешел с  СФ на ТОФ, завершив свое кругосветное  плавание. Лодка пришла  на переоборудование в Дальзавод и вошла в состав  4  бригады, где тогда  стояла  в ремонте и моя М-283. Там я первый раз и увидел Иванова, тем более наши команды жили в одном кубрике.

Это был культурный , доброжелательный и общительный  командир. Было хорошо видно, как его уважали в своей команде. В 26 дивизию он был назначен с должности командира 90 бригады дизельных подводных лодок и нам было хорошо служить под его знаменами. В последствии он был назначен на должность Начальника Разведки ВМФ, получил звание вице-адмирала. За время службы он был награжден  орденами  Октябрьской Революции, двумя  Красного Знамя, четырьмя орденами  Отечественной Войны , двумя Красной Звезды и многими медалями.

После принятия лодки в состав флота началась  интенсивная отработка всех задач курса боевой подготовки для ввода корабля  в состав сил постоянной готовности. Служить и осваивать новую технику было интересно. Мне, как пришедшему с дизельных подводных лодок, было с чем сравнивать. Не говоря уже о новой силовой установке, позволяющей практически неограниченное время находиться в подводном положении  и иметь большую скорость хода, меня еще особенно обрадовали три момента, связанные с бытом подводников. Во-первых – наличие  пресной воды за счет установки специальных испарителей, что позволяло периодически мыться под душем и быть чистым. Во-вторых, постоянная комфортная температура в отсеке и отсутствие отпотевания,  и в третьих – наличие  постоянных мест размещения (коек) в каютах. Вспоминается 10-ти суточный поход  в зимнее время на  М-283, когда за все время похода с себя  снимались только рукавицы на время приема пищи, помыть руки можно было только морской водой ,а подвесная койка была одна на двоих.

Офицерский состав подобрался дружный, командир корабля и старший помощник умело и грамотно организовали службу, что и позволило нам успешно отработать и сдать все задачи, и корабль был введен в первую линию.  В середине апреля, собрав всех офицеров, командир сказал, что командование поставило задачу подготовить корабль к длительному походу. Надо сказать, что хотя мы были по счету 11-м  экипажем и на Северном флоте уже  плавало несколько атомоходов, но автономных походов еще не было. Проведя тщательный ППО и ППР, приняв полные запасы, мы вышли в море 5 июня 1962 года. Старшим на борту был командир 26 дивизии контр-адмирал Иванов Ю.В.

Это был первый автономный поход атомных подводных лодок (тогда еще такие походы боевой службой не назывались). Выйдя из базы, мы удифферентовались, погрузились  на глубину 100 метров и двинулись в путь.  Подводная лодка успешно  выполнила поставленные задачи непрерывного  сорока  суточного подводного  плавания и  25 июля вернулась в базу.  Пройдя  из Японского в Охотское море, выйдя в Тихий  океан, экипаж проверил в непрерывной работе технические средства, приобрел опыт плавания   длительного подводного плавания. В конце похода мы зашли в район Петропавловска-Камчаткого, чтобы надводники могли поработать своей акустикой по неизвестной подводной цели.  Здесь же было единственное всплытие для захода на одни  сутки в базу подводников.  Это всплытие мне надолго запомнилось, ибо на море был шторм   8-9 баллов. Переход до базы составил 6 часов, я в это время стоял  в  центральном посту  вахтенным механиком и уже через два часа мое тело представляло собой  почти  “мешок  с костями”.  Я долго еще отходил от этого перехода.

За время похода  не обходилось без замечаний в работе техники. Надо отметить, что Иванов Ю.В., при возникновении  какой-либо нештатной ситуации лично разбирался в ее  причине, прибывал в отсек, беседовал с матросами и старшинами, разбираясь в сути  неисправности. Слабым местом  в работе ГЭУ на первых лодках были парогенераторы в которых нагретая в реакторах вода первого контура передавала  тепло воде  второго контура, превращая ее в пар, поступающий на турбину. Вода первого контура имела высокую радиационную активность и при появлении микроскопических трещин в трубопроводах становился  радиоактивным пар и появлялась активность  в  воздухе  в турбинном отсеке в котором находились моряки.  В середине похода потек один из парогенераторов, начала незначительно повышаться газовая активность в отсеке. Встал вопрос, что делать – возвращаться не выполнив боевую задачу или продолжать плавание? Командир дивизии собрал всех свободных от вахты офицеров в кают-компании, попросил высказать свои соображения по этому поводу каждого из присутствующих, начиная с самого младшего по должности. Все были единодушны – продолжать плавание, а неисправный парогенератор вывести из работы, такая возможность была найдена. Командир дивизии такое предложение утвердил, и поход был продолжен. Очень мудро поступил начальник.

После возвращения из похода прямо на пирсе мне были вручены погоны капитана 3 ранга  

По итогам похода, а  также за успешное освоение новой техники  командир корабля капитан 2 ранга Ганрио А.В., командир БЧ-5 капитан 3 ранга Никитин В.М. были награждены орденами  ЛЕНИНА, старший помощник капитан 2 ранга Багдасарян Б.С и замполит капитан 2 ранга Коростов И.В. - орденами КРАСНАЯ ЗВЕЗДА,   я и один из управленцев медалью ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ. Были награждены орденами и медалями также часть офицеров  из экипажа К-45 и штаба дивизии.

Вслед за нашими двумя лодками завод построил еще три  однотипные корабля.  Но, как оказалось, ракетное вооружение  с  использованием комплекса П-5, а затем и П-6 оказалось не  эффективным и  в период с  1965 по1969 год все подводные лодки проекта 659 прошли модернизацию со снятием ракетного вооружения и переоборудованием в торпедный вариант  по проекту 659Т.

Несколько слов о дальнейшей судьбе  офицеров нашей лодки. Командир  пл Ганрио А.В. стал командиром дивизии атомных подводных лодок, контр-адмиралом.  Старпом Багдасарян Б.С. командиром атомохода, а потом служил в Главном штабе ВМФ, командир БЧ-5 Никитин В.М. после окончания Военно-Морской Академии  - в Управлении Военного Образования Министерства Обороны. Помощник командира Мациевский и наш штурман Яковлев  стали командирами апл, командиры дивизионов и групп  БЧ-5 успешно продолжили службу, почти все получили звания капитана 1 ранга. Наш доктор Савицкий Ю.В. стал начальником Морского факультета Военно-Медицинской Академии, генерал-майором, начальник РТС Веснин А.И. - флагманским РТС флотилии подводных лодок, а затем начальником  кафедры  во ВВМУРЭ им. Попова